Обзор Верховного Суда РФ № 2 (2015). Вывод №15

Источник: СД-портал.ру
Создание и финансирование третейского суда одной из сторон спора либо аффилированными с ней лицами само по себе при отсутствии доказательств нарушения гарантий справедливого разбирательства, в частности беспристрастности конкретных арбитров, не является основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

На основании третейского соглашения, содержащегося в договоре между обществом и компанией, общество обратилось в третейский суд с требованием к компании о взыскании задолженности.

Решением третейского суда требования общества удовлетворены.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда округа, в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отказано.

Суды исходили из того, что рассмотревший спор третейский суд создан, финансируется и контролируется юридическим лицом, аффилированным с компанией.

По мнению судов, данное обстоятельство свидетельствует о нарушении гарантии беспристрастного разрешения спора и, следовательно, основополагающих принципов российского права даже при отсутствии возражений сторон о несоответствии порядка создания и процедуры третейского разбирательства законодательству, поскольку отказ от таких фундаментальных гарантий, как право на беспристрастный третейский суд, не может зависеть исключительно от усмотрения сторон.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации названные судебные акты отменила, определила арбитражному суду первой инстанции выдать обществу исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда по следующим основаниям.

Соблюдение принципа автономии воли сторон при выборе компетентного третейского органа означает, что стороны свободно и сознательно, по собственной воле, во-первых, выразили согласованное желание на отказ от государственного правосудия в пользу такого альтернативного средства разрешения спора, как третейский суд, во- вторых, сформулировали согласованную волю на выбор конкретного третейского суда.

Участники данного спора выразили свою волю на отказ от государственного правосудия и разрешение споров из договора между ними посредством третейского разбирательства в определённом третейском органе. Стороны избрали указанный третейский суд, несмотря на то, что одна из сторона спора учреждена лицом (аффилирована), создавшим, финансирующим и контролирующим третейский суд.

Пункт 2 ст. 3 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» предусматривает создание постоянно действующих третейских судов как объединениями предпринимателей, так и иными юридических лицами.

Этот закон не содержит положений, предусматривающих возможность разрешения третейским судом споров исключительно членов объединения, при котором он создан, или лиц, аффилированных юридическому лицу, создавшему третейский суд.

Следовательно, связь третейского суда и юридического лица (объединения), при котором он создан, либо учредителей такого юридического лица (объединения) не исключает обращения в такой третейский суд стороны, не являющейся участником такого объединения при условии соблюдения стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания и принудительного исполнения третейского суда.

Гарантия беспристрастности третейского суда в данном случае обеспечивается через беспристрастность конкретного состава арбитров, которая предполагается, если не доказано иное.

Следовательно, задача государственного суда состоит в том, чтобы в установленных законом формах проконтролировать, во-первых, насколько свободным был выбор такого аффилированного третейского органа участниками спора, в особенности нейтральной стороной, и, во- вторых, не привела ли аффилированность к небеспристрастности конкретных арбитров, а следовательно – к вынесению несправедливого третейского решения.

Кроме того, заявление об оспаривании компетенции третейского суда по указанным основаниям сделано ответчиком, учредитель которого создал и финансировал третейский суд. Ответчик знал о факте аффилированности и заявил об этом обстоятельстве не до начала третейского разбирательства, а лишь впоследствии в целях неисполенния состоявшегося не в его пользу решения. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации признала эти действия недобросовестным процессуальным поведением, приводящим к потере права на соответствующее возражение (эстоппель).

Определение № 304-ЭС14-495